prosto_sanberg


В действительности все обстоит совсем не так, как на самом деле.


Previous Entry Share Next Entry
У книжного развала
prosto_sanberg
Литературоцентричность страны, на мой взгляд, предполагает не только парадигму развития,  заложенную   спецификой бытования  текстов и их интерпретаций, которые, в свою очередь, зависимы от архитипов и от давления сценариев модерна.  Она включает в себя и некоторую «прямоту» действий – активизм, как сейчас принято говорить, непосредственную реакцию на изменившуюся литературную реальность.
Вспомнил тут по случаю: когда Конан Дойль  убил надоевшего ему до смерти Шерлока Хомса коварной рукой талантливого мерзавца профессора Мориарти, возмущенные происшествием у Рейхенбахского водопада офисные клерки в лондонском Сити вышли с креповыми лентами на шляпах и заливали горе в пабах.  Траур, несчастье, расстроенные нервы.
Думал об этом, стоя у книжного лотка на Цветном, где гордо возлежал новый Пелевин. Вот гипотетичная ситуация:  бросит вдруг любимец офисного планктона, взбунтовавший умы в порубежные «нулевые»,  писать, заявит, например, что исчерпал себя, мочи нет – и выйдет ли креативный класс на читательскую траурную прогулку по освоенному бульварному маршруту - в память о писателе? Возникнет ли массовый митинг, в своей резолюции требуя от Пелевина собрать всю свою волю в кулак и снова сесть к компьютеру?  Отправят ли креативщики на собранные средства, как раньше говорили, «по подписке», а  теперь краудфайндингом, или, говоря проще, «кошельком Романовой»,  группу «гонцов» в Берлин (или где он там сейчас живет) - с целью распропагандировать, отговорить от безрассудного жеста?  Пройдут ли «пелевинские чтения» -  поклонники снесут ли кипу любимых книг высотой с могильный холмик, положит ли к ним цветы, и, стоя рядом, будут ли читать вслух – по строчке – целые главы? Отвезут ли их, страдальцев, в кутузку как нарушителей спокойствия? Потребует ли общественность переименовать проектируемый проезд под номером два миллиона двести одиннадцать в проспект памяти писателя Пелевина или в улицу Абсолютной Пустоты?
Да есть ли сейчас кто-то, кого можно назвать «властителем дум»? Быков, Проханов, Шаргунов  - «властители» или просто чрезвычайно успешные литераторы?  Или Сорокин – только лишь раздражитель и удобная мишень для «ликующей гопоты» с ее унитазами?
И вопрос второго уровня -  имеется ли сегодня литературный персонаж, с которым большие группы читающих граждан в состоянии себя примерить? Или после постмодернизма такого героя неоткуда уже взять – да и незачем?
Зависимость умонастроений от литературы резко снизилась – на глазах всего одного поколения. Моего, например.  Литературоцентричность России, на которой все еще настаивают публицисты по своей многолетней привычке, мне теперь все чаще представляется изящной гиперболой.

  • 1
не пойдут, только в сети посетуют чуть-чуть
и про гиперболу да, верно

  • 1
?

Log in